Доля и обороты

1. Роль задаётся двумя числами

Роль узла на каждом этаже задают два числа, и оба меняются по лестнице предсказуемо: доля узла в массе системы и число оборотов за возраст Вселенной. По ним ряд читается точно, и в конце он поворачивает не туда, куда ведёт интуиция.

2. Доля узла

ЭтажДоля узла в массеЧто это значит
Солнце в своей системе99.86%один узел и есть система, остальное — пробные тела на кеплеровских орбитах
Звезда в галактике10⁻¹¹ни одна не задаёт потенциал, его задаёт сумма (плюс гало), кривая вращения плоская вместо кеплеровой
Галактика в скоплении~1%даже центральная гигантская — единицы процентов
Галактика в сверхскоплении~0не узел вовсе

Галактика в скоплении ведёт себя как звезда в эллиптической галактике: пробная частица в общем потенциале, дисперсия скоростей ~1000 км/с, никто не доминирует. Так что «галактика становится звездой» — верно буквально: с точки зрения скопления галактика — точка (теорема о сфере Ньютона: всё, что ниже по лестнице, сворачивается в точку со своей суммарной массой). Это и есть огрубление масштаба: каждый этаж видит предыдущий как узел.

3. Почему доминирующая масса есть только внизу

Солнце собрало 99.86% потому, что газ умел остывать и падать в центр — сток. Галактика и скопление собирались бесстолкновительно: звёзды и гало не остывают, масса остаётся распределённой. Центральная дыра — 10⁻⁶ массы галактики.

Доминирование узла = наличие стока. Звёздная система — единственный этаж, где ядро весит больше оболочки. Всё остальное — распределено.

4. Число оборотов

ЭтажОборотов за возраст ВселеннойСостояние
Солнечная система10⁸предельно релаксирована
Солнце в Галактике~50узел сети
Галактика в скоплениинесколькоедва вириализовано; последняя вириализованная ступень
Галактика в сверхскоплении0не узел и не звезда, а элемент потока

Сверхскопление: время пересечения больше возраста Вселенной — ни одного оборота. Галактика там падает по прямой Зельдовича к узлу, один раз и не до конца. «Канал» — точное слово: галактика в Ланиакее определена по бассейну течения, не по орбите.

5. Поворот в конце

Лестница не фрактальна. Роль идёт по кругу размерностей:

доминирующая сфера → точка в сети → снова точка → поток по ребру.

И в эпоху Λ сверхскопления уже не вириализуются никогда: то, что ещё не упало, не упадёт. Верхний этаж навсегда остаётся рекой, а не узлом. Иерархия имеет вершину, и вершина — течение, не тело. Самый крупный объект во Вселенной — скопление; выше объектов нет, есть только каналы.

6. Одна тонкость

Звёзды в галактике не сталкиваются никогда. Галактики в скоплении — близко пролетают часто, но сливаются редко: при 1000 км/с встреча слишком быстрая для захвата (убегание из галактики ~500 км/с). Слияния идут в группах при 300 км/с. Так что скопление — газ из «звёзд», которые задевают друг друга, но не слипаются: тот самый режим Kn ~ 1 из таблицы интерфейсов. Группа — где галактики ещё сливаются. Скопление — где уже только обдирают (лобовое давление, «медузы»).

Сухой остаток

Роль по лестнице задают доля узла в массе и число оборотов:

  • Солнце — 99.86% и 10⁸ оборотов (система);
  • звезда — 10⁻¹¹ и 50 (узел сети);
  • галактика в скоплении — 1% и несколько (снова пробная точка — «звезда»);
  • галактика в сверхскоплении — 0 оборотов (поток по каналу).

Доминирующая масса есть только там, где был сток. Скопление — последнее тело; выше, из-за Λ, навсегда только реки.

Деление до ядра

0. Мостик

В главе о резонансе пара частица–античастица гасла в поле без остатка — это было деление поля. Теперь — деление вообще: почему оно старше ядра, чем отличается от слияния и почему тёмная материя не делится вовсе.

1. Деление — нестабильность поверхности

Струя воды длиннее своей окружности рвётся на капли сама (Плато, 1873; Рэлей, 1878): поверхность у цепочки капель меньше, чем у цилиндра. Ядро урана — капля, которая рвётся, когда кулон переигрывает натяжение (Бор–Уилер, Z²/A ≈ 50). Палочковидная бактерия — цилиндр, который растёт в длину и делится. Везикулы из жирных кислот без всякого генома растут, поглощая мицеллы, вытягиваются в нити и рвутся при лёгком встряхивании (Чжу, Шостак, 2009); L-формы бактерий делятся без аппарата деления — избытком мембраны. Деление не требует ни ядра, ни текста, ни машины. Требует одного: чтобы поверхность росла быстрее объёма.

И это та же сила, что сливает. Две капли сливаются, потому что у одной поверхность меньше; длинный цилиндр рвётся, потому что у капель поверхность меньше. Слияние и деление — не два правила, а одно: минимум поверхности, — и выбор между ними делает форма. Сфера сама по себе не сливается и не делится; делиться начинает то, что вытянули — рост (клетка), вращение (капля, ядро), прилив (Рош). Ось — условие деления.

2. Деление без поверхности — сток

У гравитации поверхности нет (нет насыщения), и делит она иначе: Джинс. Облако дробится при сжатии, пока газ остывает, и останавливается, когда стал непрозрачен (~0.01 M☉). Деление без поверхности возможно только при стоке — излучении. Отними сток — и деления нет.

Отсюда тёмная материя. У неё нет поверхности — она не сталкивается; нет стока — не излучает. Оба канала деления закрыты. Она только сливается (иерархия снизу вверх) и помнит слияния оболочками. Единственное деление, которое с ней случается, — внешнее: прилив. Спутниковое гало рвётся на ядро и поток (Стрелец, GD-1, стримы Gaia), и это Рош, не внутренняя неустойчивость. ТМ — не «слияния, выбравшие деление»; это слияния, которым деление недоступно. Выбрали барионы — потому что у них есть и поверхность, и сток. А ТМ дала им место: в яме плотность выше, остывание (∝ n²) быстрее, порог Джинса ниже. Она не делится — она делает делимым то, что в неё упало.

3. Деление до вещества

Самое раннее деление — не тел, а поля. Фотон выше 1.022 МэВ в поле ядра становится парой: одна мода на две с противоположными зарядами. Обратно — аннигиляция. Это «разрезанный магнит» на уровне поля: разрежешь — получишь полюс и антиполюс, порознь полных. Деление полностью обратимо; необратимый остаток — 1 на 10⁹, мы.

Второе деление — отщепление: Γ < H. Одна плазма расходится на компоненты, которые перестали разговаривать: нейтрино на первой секунде, фотоны на 380 тысячах лет, ТМ — в свой момент. Это деление каналов, не объёмов, и единственное деление, которое ТМ прошла сама: отделилась от всего и с тех пор только сливается. Третье — нарушение симметрии: при 10⁻¹¹ с одно электрослабое поле расходится на фотон и W/Z с разными массами.

Порядок в хронологии — чередование. Деления первыми: расщепление полей, отщепление, конец аннигиляции. Затем слияния: нуклеосинтез (3 мин), рекомбинация (380 тыс. лет). Затем гравитационное слияние гало (~10⁸ лет). Затем снова деление — дробление облаков в звёзды, и в звёздах снова слияние. Зигзаг из «трёх стрел», прочитанный по глаголам. Все слияния и деления на уровне полей и ядер завершились до первой гравитационной структуры.

4. Как появилось ядро

Ядро — след стока: там, где что-то смогло отдать энергию, оно упало глубже, чем бесстолкновительное, и легло в центр. ТМ стоит на том радиусе, на котором вириализовалась, — ей нечем упасть дальше; у неё нет ядра, потому что у неё никогда не было стока. Вопрос «как появилось первое ядро» равен вопросу «как появился первый сток».

Ответ известен. Во Вселенной из водорода и гелия, без металлов и пыли, остывать ниже 10⁴ К нечем, кроме молекулярного водорода, а H₂ в пустом газе собирается только через ион H⁻, которому нужен свободный электрон. Электроны остались от рекомбинации — она не дошла до конца, остаточная ионизация ~10⁻⁴. В минигало 10⁶ M☉ при z ≈ 20–30 этот остаток катализирует H₂, газ остывает до ~200 К, порог Джинса падает — и загорается первая звезда. Первый сток зажжён остатком незавершённого слияния. Дальше лавина: первая звезда делает металлы и пыль, они остужают лучше, порог дробления опускается, звёзды мельчают и множатся; остатки звёзд — первые затравки ядер галактик; дыра в центре — то, что упало глубже всех. Ядро клетки появилось по другому поводу — на пороге Эйгена, когда текст перерос то, что можно пронести на быстрых нитях, — но тем же способом: концентрация того, что нельзя отпустить.

5. Зачем ядро делает деление дорогим

Магнит делится разрезом, потому что порядок у него везде. Ядро собирает порядок в одно место — и теперь деление требует копии: S-фаза, удвоение массы, моторы на АТФ. Деление оплачивается снаружи, слияние платит само. Теперь понятно, чем: ценой копирования сосредоточенного текста. Ядро — не то, что разрешило деление; то, что заставило деление сначала переписать себя. Эритроцит, выбросив ядро, лишился не стока, а черновика.

6. Картинка

Сначала рвётся поле — на моду и антимоду, порознь полных, и почти всё сходится обратно. Потом расходятся каналы — одни частицы перестают слышать другие. Потом сливается всё, что может: ядра, атомы, гало. Из слившегося делится только то, у чего есть поверхность или сток: капли, клетки, облака. Тёмное — ни того, ни другого — стоит сферой, где встало, и держит яму, в которой остальные остывают и дробятся. В яме первым остыло то, что подожгли электроны, не успевшие сесть на ядра, — и упало в центр. Там, где что-то упало глубже всех, появилось ядро, и с этого момента делить стало дорого: прежде чем разойтись, надо переписать.

Сухой остаток

Деление старше ядра и не нуждается в нём: его делают поверхность (Рэлей–Плато, Бор–Уилер, клетка, везикула Шостака) и сток (Джинс), и обе дороги закрыты для ТМ — поэтому она только сливается и ядра не имеет; она не выбрала деление, а дала яму тем, кто мог. До вещества делилось поле (пары), делились каналы (отщепление), делились симметрии; слияния и деления чередуются по эпохам. Ядро — след первого стока, а первый сток зажжён остатком незавершённой рекомбинации. Ядро не разрешает деление — оно требует копии; ТМ не делится, потому что ей нечего копировать и нечем платить.

Деление до ядра

1. Деление — нестабильность поверхности

Струя воды длиннее своей окружности рвётся на капли сама (Плато, 1873; Рэлей, 1878): поверхность у цепочки капель меньше, чем у цилиндра. Ядро урана — капля, которая рвётся, когда кулон переигрывает натяжение (Бор–Уилер, Z²/A ≈ 50). Палочковидная бактерия — цилиндр, который растёт в длину и делится. Везикулы из жирных кислот без всякого генома растут, поглощая мицеллы, вытягиваются в нити и рвутся при лёгком встряхивании (Чжу, Шостак, 2009); L-формы бактерий делятся без аппарата деления — избытком мембраны. Деление не требует ни ядра, ни текста, ни машины. Требует одного: чтобы поверхность росла быстрее объёма.

И это та же сила, что сливает. Две капли сливаются, потому что у одной поверхность меньше; длинный цилиндр рвётся, потому что у капель поверхность меньше. Слияние и деление — не два правила, а одно: минимум поверхности, — и выбор между ними делает форма. Сфера сама по себе не сливается и не делится; делиться начинает то, что вытянули — рост (клетка), вращение (капля, ядро), прилив (Рош). Ось — условие деления.

2. Деление без поверхности — сток

У гравитации поверхности нет (нет насыщения), и делит она иначе: Джинс. Облако дробится при сжатии, пока газ остывает, и останавливается, когда стал непрозрачен (~0.01 M☉). Деление без поверхности возможно только при стоке — излучении. Отними сток — и деления нет.

Отсюда тёмная материя. У неё нет поверхности — она не сталкивается; нет стока — не излучает. Оба канала деления закрыты. Она только сливается (иерархия снизу вверх) и помнит слияния оболочками. Единственное деление, которое с ней случается, — внешнее: прилив. Спутниковое гало рвётся на ядро и поток (Стрелец, GD-1, стримы Gaia), и это Рош, не внутренняя неустойчивость. ТМ — не «слияния, выбравшие деление»; это слияния, которым деление недоступно. Выбрали барионы — потому что у них есть и поверхность, и сток. А ТМ дала им место: в яме плотность выше, остывание (∝ n²) быстрее, порог Джинса ниже. Она не делится — она делает делимым то, что в неё упало.

3. Деление до вещества

Самое раннее деление — не тел, а поля. Фотон выше 1.022 МэВ в поле ядра становится парой: одна мода на две с противоположными зарядами. Обратно — аннигиляция. Это «разрезанный магнит» на уровне поля: разрежешь — получишь полюс и антиполюс, порознь полных. Деление полностью обратимо; необратимый остаток — 1 на 10⁹, мы.

Второе деление — отщепление: Γ < H. Одна плазма расходится на компоненты, которые перестали разговаривать: нейтрино на первой секунде, фотоны на 380 тысячах лет, ТМ — в свой момент. Это деление каналов, не объёмов, и единственное деление, которое ТМ прошла сама: отделилась от всего и с тех пор только сливается. Третье — нарушение симметрии: при 10⁻¹¹ с одно электрослабое поле расходится на фотон и W/Z с разными массами.

Порядок в хронологии — чередование. Деления первыми: расщепление полей, отщепление, конец аннигиляции. Затем слияния: нуклеосинтез (3 мин), рекомбинация (380 тыс. лет). Затем гравитационное слияние гало (~10⁸ лет). Затем снова деление — дробление облаков в звёзды, и в звёздах снова слияние. Зигзаг из «трёх стрел», прочитанный по глаголам. Все слияния и деления на уровне полей и ядер завершились до первой гравитационной структуры.

4. Как появилось ядро

Ядро — след стока: там, где что-то смогло отдать энергию, оно упало глубже, чем бесстолкновительное, и легло в центр. ТМ стоит на том радиусе, на котором вириализовалась, — ей нечем упасть дальше; у неё нет ядра, потому что у неё никогда не было стока. Вопрос «как появилось первое ядро» равен вопросу «как появился первый сток».

Ответ известен. Во Вселенной из водорода и гелия, без металлов и пыли, остывать ниже 10⁴ К нечем, кроме молекулярного водорода, а H₂ в пустом газе собирается только через ион H⁻, которому нужен свободный электрон. Электроны остались от рекомбинации — она не дошла до конца, остаточная ионизация ~10⁻⁴. В минигало 10⁶ M☉ при z ≈ 20–30 этот остаток катализирует H₂, газ остывает до ~200 К, порог Джинса падает — и загорается первая звезда. Первый сток зажжён остатком незавершённого слияния. Дальше лавина: первая звезда делает металлы и пыль, они остужают лучше, порог дробления опускается, звёзды мельчают и множатся; остатки звёзд — первые затравки ядер галактик; дыра в центре — то, что упало глубже всех. Ядро клетки появилось по другому поводу — на пороге Эйгена, когда текст перерос то, что можно пронести на быстрых нитях, — но тем же способом: концентрация того, что нельзя отпустить.

5. Зачем ядро делает деление дорогим

Магнит делится разрезом, потому что порядок у него везде. Ядро собирает порядок в одно место — и теперь деление требует копии: S-фаза, удвоение массы, моторы на АТФ. Деление оплачивается снаружи, слияние платит само. Теперь понятно, чем: ценой копирования сосредоточенного текста. Ядро — не то, что разрешило деление; то, что заставило деление сначала переписать себя. Эритроцит, выбросив ядро, лишился не стока, а черновика.

6. Картинка

Сначала рвётся поле — на моду и антимоду, порознь полных, и почти всё сходится обратно. Потом расходятся каналы — одни частицы перестают слышать другие. Потом сливается всё, что может: ядра, атомы, гало. Из слившегося делится только то, у чего есть поверхность или сток: капли, клетки, облака. Тёмное — ни того, ни другого — стоит сферой, где встало, и держит яму, в которой остальные остывают и дробятся. В яме первым остыло то, что подожгли электроны, не успевшие сесть на ядра, — и упало в центр. Там, где что-то упало глубже всех, появилось ядро, и с этого момента делить стало дорого: прежде чем разойтись, надо переписать.

Сухой остаток

Деление старше ядра и не нуждается в нём: его делают поверхность (Рэлей–Плато, Бор–Уилер, клетка, везикула Шостака) и сток (Джинс), и обе дороги закрыты для ТМ — поэтому она только сливается и ядра не имеет; она не выбрала деление, а дала яму тем, кто мог. До вещества делилось поле (пары), делились каналы (отщепление), делились симметрии; слияния и деления чередуются по эпохам. Ядро — след первого стока, а первый сток зажжён остатком незавершённой рекомбинации. Ядро не разрешает деление — оно требует копии; ТМ не делится, потому что ей нечего копировать и нечем платить.